Расхожая фраза о том, что профессия накладывает отпечаток, из разряда тех утверждений, которые не становятся менее верными от частого повторения. Хотим мы того или нет, мы меняемся под влиянием дела, которому посвящаем свое время, и чем дальше, тем больше. В какой-то момент уже сами замечаем, что рабочие привычки стали частью характера. Журналистика, например, довольно быстро учит делать общие выводы. В том числе и о людях. Ты общаешься с таким количеством собеседников по самым разным поводам, что это просто необходимость – сразу определять для себя, с кем и как себя лучше вести, как и о чем спросить именно этого человека, а о чем лучше не заговаривать совсем. У тебя может не быть в запасе дней и недель, чтобы наладить контакт, и ты ищешь его быстро, ориентируясь на свое впечатление и те закономерности, которые уже успела вывести. Так, я точно определила для себя, какими чаще всего бывают учителя со стажем. Вне своих школ и институтов они по той же самой профессиональной привычке, впечатавшейся прямиком в личность, очень собраны, точны в ответах, держат дистанцию и не столько рассказывают, сколько объясняют тебе тему вашей беседы. Хотя бывают и исключения.
Поверить в то, что Наталья Валерьевна Виноградова проработала в школе более двадцати лет, сложно. По-настоящему сложно. Потому что необъяснимое ощущение тепла, мягкости, какой-то очень глубинной внутренней интеллигентности и открытости в буквальном смысле исходит от моей собеседницы с первых минут разговора. И понимаешь сразу, что она никогда не отчитает ученика, не устроит ему выговор перед всем классом, если что-то натворил, поговорит с ним как искренне уважаемый и добрый наставник. О своей работе Наталья Валерьевна, опытный и талантливый педагог, необыкновенно увлеченный своей профессией, отзывается просто: «Школа – это моя жизнь». И действительно, такой выбор не бывает случайным, люди, которые по-настоящему не живут школой, надолго в ней не остаются. Можно ли назвать педагогику призванием? «Говорят, учителем надо родиться. Наверное, я родилась учителем», – улыбается Наталья Валерьевна.
– Расскажите о вашем детстве, где вы родились, кем работали ваши родители? И каким вам тогда запомнился наш город?
– Я родилась и проживаю в нашем любимом городе Бишкеке. Мои родители служащие, и так получилось, что я педагог в третьем поколении. Эту же профессию выбрали мама и бабушка. Моя мама филолог, а папа сварщик.
Самые первые детские воспоминания у меня связаны даже не столько с какими-то конкретными местами, сколько с внутренним ощущением. Ощущением тепла, домашнего уюта, заботы и любви. Помню, как гуляли с мамой и папой в парке, ели мороженое, катались на аттракционах.
Бишкек мне казался очень зеленым городом. Незабываемые воспоминания у меня остались от прогулок по бульвару Дзержинского, куда ходила с дедушкой, и бульвару Молодой Гвардии, он был ближе всего к дому. Там можно было походить по лужайкам, с детским интересом рассматривать каждую травинку.
– А во что вы любили играть в детстве?
– Моим самым первым увлечением в детстве, как ни смешно это звучит, было учить. Мы с друзьями тогда еще не знали толком, что такое школа, нам предстояло туда пойти через несколько лет, но все наши разговоры крутились вокруг этого. Свою первую учительницу я, конечно, запомнила на всю жизнь. Раиса Степановна Голикова была настоящим педагогом. Вообще педагог в начальной школе – не просто человек, который учит, это тот, кто закладывает мировосприятие каждого ребенка.
– И вы уже тогда решили для себя, что станете педагогом?
– Нет, в средних и старших классах я всерьез хотела посвятить себя юриспруденции.
Наверное, это было связано с тем, что я видела несправедливость вокруг, хотелось кому-то помочь, защитить, оберечь. Но был парадокс: мое желание совершенно не совпадало с видением окружающих. И Раиса Степановна, и учителя в среднем звене говорили, что видят во мне будущего учителя, видят хорошие задатки. Я отмахивалась, говорила, нет, что вы, я буду юристом. В крайнем случае адвокатом, но никак не учителем. Потом были мысли по поводу медицины, и мама очень поддерживала это мое стремление. А уже в одиннадцатом классе, когда встал вопрос, куда поступать, я четко для себя поняла, что юристом я не стану. Я очень благодарна маме, что она меня буквально за руку привела в Кыргызский Государственный педагогический университет им. И. Арабаева. Она сказала: «Давай, посмотрим, и ты решишь». И первое же, на что упал взгляд, была логопедия. И вроде бы большой конкурс, 17 человек на место, но экзамены я сдала хорошо и в итоге окончила этот вуз. Образование получила наполовину медицинское – логопедия и сурдопедагогика. Гораздо позже, спустя годы, укрепившись в профессиональных интересах, продолжила обучение в альма-матер, получив степень магистра педагогики.
– К тому моменту у вас были какие-то профессиональные ориентиры, кто-то, на кого хотелось равняться?
– В средних классах мне очень нравилась математика, а затем алгебра и геометрия. Этот предмет у нас вел прекрасный учитель Равкат Ахмедович Абдрахманов, который, скажу без малейшего преувеличения, мог заинтересовать материалом урока любого ученика. Он был не только учителем, но и Человеком с большой буквы. Позже жизнь меня столкнула с другим замечательным Учителем с большой буквы – Иван Ивановичем Блохиным, талантливейший математик и неординарная личность, который, в свою очередь, не позволил мне потерять интерес к предмету. Эти Учителя и стали для меня примером в педагогике, образцом. Я и сейчас стараюсь в чем-то быть похожей на них, следовать их манере обучения, стараюсь шутить, как Равкат Ахмедович, философствовать, как Иван Иванович. И хотя они были полярно разными педагогами, оба умели общаться с людьми. Старались достучаться до каждого, поэтому у нас в классе не было учеников, которые бы остались безучастны к математике, хотя она не всем дается, это сложный предмет.
– А что бы вы выделили как главное качество, без которого нельзя в этой профессии?
– Прежде всего человечность как способность понимать. Необходимо понять каждого ученика, понять, кого ты учишь, принять, полюбить, а потом уже учить. Сострадание, сопереживание, вера в способности ребенка – без них невозможен процесс обучения.
– Что стало самым сложным для вас по окончании вуза, когда вы только пришли работать в школу?
– Первое время я даже плакала, просто боялась сложностей специфической работы. Потому что теория, которой учат в институте, и работа в школе – два совершенно разных мира. Я попала в 21-ю школу-интернат для ранооглохших и позднооглохших детей. Класс, который мне дали, 1-й «А», был классом первого отделения – где обучаются дети, которые слышат разговорную речь на расстоянии трех метров. Ожидание встречи с ними меня пугало, я ведь должна взять ответственность, как мне тогда казалось, за целых 12 человек! Хотя сейчас у меня их 45, в разы больше, но тогда я очень переживала.
Я благодарна судьбе за то, что в тот момент у меня оказались такие понимающие родители учащихся, которые поддерживали меня, и не менее понимающие дети. Я до сих пор, спустя более чем 20 лет, не теряю нити общения с ними. Сопоставляя опыт работы в специальной школе с работой в массовой школе, могу с уверенностью сказать, что дети, имеющие физические недостатки, намного душевнее, они-то и помогли мне адаптироваться в школе, где я была новенькая и совсем неопытная. Другим моим крупным везением стало то, что в этой школе я встретила и Педагогов с большой буквы. Я благодарна Кадрие Нурисламовне Назмутдиновой, которая мне помогла во всем, учила общаться с детьми, была моим наставником. Кадрия Нурисламовна была закреплена за мной и буквально ввела меня постепенно, поэтапно в мир профессиональной педагогики. К большому сожалению, в современной школе наставнической работе не уделяется должного внимания.
– И у вас никогда не возникало мысли сменить сферу деятельности?
– Были даже попытки, уходила работать в педагогический вуз, правда, и тогда находила время совмещать свою деятельность с работой в школе. Мне очень нравилось работать на кафедре давшей мне путевку в мир педагогики и возможность общаться со студентами – будущими педагогами. Но для себя я поняла, что мне все же не хватает живого открытого детского общения. Школа, по моему убеждению, – больший социальный институт, не просто учреждение, а то место, которое постоянно требует самоотдачи, самопожертвования. Конечно, какое-то зерно сомнения в моей душе, в правильности выбранного места работы заронили знакомые и друзья, которые говорили: «Зачем тебе это нужно?» Но это зерно никогда не давало всходов. Не было желания совсем уйти из педагогики и заняться чем-то иным. Я всегда была где-то рядом с педагогикой, около, но не без нее.
Бывает сложно переключиться с работы на обыденный жизненный ритм, даже сын мне иногда говорит: «Все, мама, ты дома, ты вернулась из школы». А супруг часто напоминает: «Ты уже не на совещании учителей, не на педсовете». Работа в школе требует больших затрат времени, ты приходишь с утра на работу, запланировав сделать многое, не успеваешь оглянуться, рабочий день уже прошел, а половина дел еще не сделана. Выручает поддержка близких, супруга и сына, которые поощряют меня во всех профессиональных начинаниях, подбадривают и помогают. Мой супруг тоже преподаватель, и он хорошо понимает специфику моей работы.
Работая в 70-й гимназии учителем и заместителем директора, я накопила опыт общения и с учениками среднего, старшего звена. Курирую исследовательскую и проектную деятельность, мы сотрудничаем с ребятами, пишем вместе проекты. Если сопоставлять работу с учениками старших классов и работу с учениками начальных классов – это, конечно, небо и земля. С учениками младшей школы нужно быть не просто учителем, но и родителем, воспитателем. Необходимо не столько научить, сколько вызывать у детей желание учиться. Мой педагогический девиз: я учу детей учиться. Это сложное и ответственное дело.
– Имея большой стаж работы, вы замечаете, как изменилась современная школа? И изменилось ли что-то в самих отношениях между учителем и учеником?
– Современная школа очень динамична, потому что сама наша жизнь стала динамичней, и психологический климат в школе, конечно, меняется с веянием времени. Я просто считаю нужным придерживаться определенных принципов. Например, никогда не допускаю панибратства с учениками, считаю, что это неприемлемо. Какова главная тенденция развития современной школы? Пожалуй, то, что дети стали более самостоятельными. Учителю необходимо идти в ногу со временем, он не может оставаться законсервированным на каком-то одном этапе своего профессионального становления. Ему необходимо постоянно развиваться, чтобы поддерживать контакт с учениками, быть для них интересным человеком. Психологический климат в школе, как я считаю, складывается усилиями педагогического коллектива. Эти люди должны быть не просто коллегами, а единомышленниками. О своей школе я могу сказать, что это, в первую очередь, Добрая школа. Школа, где каждого поддержат, предоставят возможность раскрыться и проявить себя. Такая атмосфера не возникает сама по себе, это результат взаимодействия между педагогами и учениками, сплоченной работы всех участников образовательного процесса.
– Какие современные педагогические практики вы считаете наиболее эффективными для формирования такого климата?
– Сейчас очень много современных методик, но обычно, перед тем как применить ту или иную, я сначала несколько раз проигрываю ее мысленно, обсуждаю с коллегами, апробирую, а только потом претворяю в жизнь. Есть, к примеру, такая методика, как «Педагогическая мастерская коллективных дел». Акцент в своей практике я всегда делаю как раз на этом - вначале формирую коллектив детей-единомышленников, которые могут друг другу помочь, выручить, что-то подсказать. «Технология творческой мастерской» позволяет раскрыться каждой личности, проявить себя, высказать свое мнение, не боясь усмешек со стороны. Это концепция «Я – личность», которой я следую в своей работе.
Актуальной является «Технология здоровье сберегающего обучения». Современный ритм жизни таков, что может пагубно влиять на здоровье ребенка. Я говорю не о физическом, а о психологическом и нравственном здоровье. Перед современной системой образования Кыргызстана поставлена задача не просто воспитать образованную, но и здоровую личность, научить ребенка ориентироваться в мире информации, находить то, что ему необходимо и критически оценивать поступающую информацию. Информационно-коммуникационные потоки в современном мире очень интенсивны, и каждому человеку приходится иметь дело с огромным количеством информации разного рода.
– Как вы оцениваете последние реформы школьного образования? Их часто критикуют, называют слишком необдуманными и поспешными.
– Если критикуют, значит, система школьного образования в Кыргызстане работает, совершенствуется. Инновации подвергаются критическому осмыслению. Проблемы возникают тогда, когда школьные реформы инициируют люди, далекие от современного школьного образования. Если человек, курирующий внедрение той или иной инновации, близок к этой системе, то она даст свой положительный результат. Конечно, если он достаточно давно работал в системе школьного образования и с тех пор не отслеживал ситуацию непосредственно на местах, и при этом становится инициатором реформы, случаются профессиональные казусы. Моя жизненная позиция: апробируй, экспериментируй, а потом уже внедряй.
Мы работаем с людьми, и любой необдуманный шаг здесь может быть чреват нежелательными последствиями. В последнее время система образования в нашей республике претерпевает значительные преобразования, нельзя сказать, что они неоправданны. Они требуют от нас в корне изменить, а иногда и поменять свое мировосприятие, свои профессиональные взгляды, методы обучения. Человеку всегда очень тяжело меняться. Не каждый способен изменить свою точку зрения. Я считаю, что классический педагог – это не только развивающий других профессионал, но и одновременно саморазвивающаяся личность. При желании всегда можно повысить свой профессиональный уровень, почитать что-то новое, дистанционно пройти курсы повышения квалификации, сейчас для этого очень много имеется возможностей.
– При той занятости, которой требует работа в школе, как вы обычно отдыхаете? Как восстанавливаетесь?
– Я счастливая женщина, счастливая мама и состоявшийся педагог благодаря поддержке семьи. Идеальный отдых для меня – это субботний вечер. Всегда жду субботы, чтобы провести время с семьей, пообщаться с друзьями, это дает мне силы. Еще расслабляюсь и отдыхаю, когда читаю что-то новое из области педагогики, и потом представляю в мыслях: как это будет реализовано на практике.
– Сейчас лето, хорошая погода, у вас бывает желание прогуляться по городу?
– Мы часто это делаем всей семьей. Вообще стараемся вести активный образ жизни, поэтому катаемся на велосипедах по нашему Бишкеку, наслаждаемся природой, пейзажами родного Кыргызстана, когда куда-то выезжаем.
– А ваши любимые места?
– В Кыргызстане больше всего люблю горы. Как раз недавно мы с семьей вернулись из Ысык-Аты. Там, совершая пешие прогулки, понимаешь, какой вокруг прекрасный мир, покой и какое счастье, когда рядом близкие и перед глазами такая природа. А в городе ближе и душевней мне те места, где мало людей. Моя работа подразумевает постоянное общение, поэтому, бывает, хочется просто посидеть, понаблюдать за происходящим вокруг со стороны, люблю тихие уголки города.
– Что бы вы пожелали нашему городу и горожанам?
– Скажу то, что идет от души: я хочу пожелать мира, солнечного тепла у нас в республике достаточно, потому пожелаю тепла душевного, улыбок, гармонии каждому, прежде всего с самим собой. Здоровья! Самого разного здоровья, и психологического, и интеллектуального, и физического. Надеюсь, если кто-то свыше услышит мои слова и исполнит их, у нас в Кыргызстане будет настоящий райский уголок для всех.
Автор: Евгения Николаева
Фото: Илья Каримджанов
Фото из личного архива Натальи В
